2 октября – память благоверного князя Феодора Смоленского и чад его Давида и Константина

В святцах Русской Православной Церкви есть особый чин — благоверных правителей, сочетавших в себе государственную мудрость с подлинно христианским образом жизни. Одним из таких угодников Божиих был внук Владимира Мономаха — святой благоверный князь Феодор Смоленский и Ярославский.

Князь был воспитан в страхе Божием, чуждался распрей и ссор, хотя отличался мужеством и знанием ратного дела. За чистую благородную красоту, которой Господь наделил князя Феодора, его прозвали «Чермным» — «красивым».

Ему суждено было прийти в этот мир в трудные для Руси времена начала татаро-монгольского ига, и прославился он и ратными подвигами, и мудростью. Во время нашествия Батыя по молитвам Пресвятой Богородицы Смоленск — родной город святого — был избавлен мучеником Меркурием от разорения. После кончины отца, благоверного князя Ростислава, как повествует житие, бывший еще отроком Феодор стал княжить в Можайске «с безмолвием» «и не гневашеся на братию свою». Хотя гневаться было на что: братья Федора, князья Глеб и Михаил, деля отцовское наследие, дали младшему брату отроку Феодору лишь маленький Можайск. Здесь прошло его детство, здесь учился он Священному Писанию, церковной службе и воинскому искусству.

Однако вскоре «ради безмолвия Федорова Бог поручил ему и славный град Ярославль». В 1260 году князь женился на Марии Васильевне, дочери святого благоверного князя Василия Ярославского († 1249; память 3 июля), и стал князем Ярославским.

Тогда перед каждым русским князем стоял трудный выбор: склонить голову перед татарами, унизительно подчиняясь Орде и спасая тем от разорения свой удел, или вступить с врагом в неравный бой, даже без надежды на победу. Сорок лет в общей сложности княжил Феодор Чермный в Ярославле и показал себя храбрым военачальником, но при этом еще и дальновидным дипломатом. В браке у князя родились две дочери и сын Михаил.

В Древней Руси главнейшими добродетелями любого князя в мирные времена правления считались правосудие, благотворительность, благочестие вместе с храмоздательством. Этими качествами Феодор обладал в полной мере.

Тяжелое бремя монголо-татарского ига вынуждало князя Феодора вместе с другими русскими князьями ходить на поклон в Орду. Но со времен святого Александра Невского ханы Золотой Орды, видя несломленную духовную и военную мощь православной Руси, были вынуждены менять свое отношение к русским князьям-вассалам. Они часто привлекали Русь к союзу и обращались к ее князьям за военной помощью. По воле хана Менгу-Темира князю Феодору пришлось участвовать в татарском походе против алан, которые жили близ Кавказа и не хотели платить дани Орде.

Отличившись мужеством и ратными подвигами, Феодор возвратился с богатой добычей. Доблесть русского князя, высокий рост, мужественная красота и чистота души, вежливое обхождение располагали к нему не только соплеменников, но и иноверцев. В Орде он был принят весьма благосклонно и служил при дворе хана в качестве доверенного лица, очень уважаемого. Создатель жития святого отмечает, что «князя Феодора Ростиславича царь Менгу-Темир и царица его вельми любяше и на Русь его не хотяше пустити мужества ради и красоты лица его».

Около трех лет провел князь Феодор в Орде. Служа хану, он, однако, не шел у него на поводу, твердо хранил свою веру и нравственные убеждения. Когда жена хана пожелала выдать за него свою дочь, Феодор не побоялся ответить, что у него есть супруга и он, как христианин, не может иметь другой. Ответ Ярославского князя был уважен ханом и не вызвал его гнева.

Вскоре после отказа от брака Феодор испросил себе от хана ярлык на княжение в Ярославле и уехал из Орды домой. Но по прибытии в Ярославль князь узнал, что супруга его скончалась. Между тем княгиня Ксения, теща Феодора, по возвращении его в Отечество не впустила его в Ярославль, объявив, что там есть уже законный князь, его сын — малолетний Михаил. Даже посредничество ордынского посла не смогло убедить княгиню, поддерживаемую ярославскими боярами.

Вскоре по кончине старшего брата Михаила князь Феодор наследовал в удельное владение и Смоленск и снова отправился в Орду, где принят был с прежней благосклонностью. Жена хана Менгу-Темира усилила просьбу к нему отдать их дочь Феодору в жены. Князь Феодор настоял на том, чтобы царевна приняла христианство: «Аще крестится дщи твоя, то не отрицаюся пояти ю за себе по христианскому закону церковному». В то время в ордынской столице было не сложно принять Крещение, так как там с 1261 года существовала православная епархия и был епископ Феогност, носивший титул Сарайского. Дочь хана была крещена с именем Анна, состоялся ее брак с князем Феодором, и князь еще долгое время жил в ордынской столице. Там у него родились сыновья Давид и Константин.

Хан Менгу-Темир окружил зятя почестями, дал ему на содержание 36 городов, в том числе Казань, Чернигов, Болгары, Куманы, Арск и другие. С его дозволения благочестивый князь в улусах Орды поставил несколько православных храмов и использовал свой дипломатический талант на благо Руси и Православной Церкви. Он принадлежал к числу тех князей-патриотов, которые все свои таланты направляли на сохранение русской земли и ее священных традиций от внешних посягательств, на ее экономическое и духовное развитие. Ему удалось достичь мирного татаро-русского сосуществования в жизни своих уделов. Он покровительствовал находившимся в Орде единоверцам и соплеменникам, поддерживал их и оказывал благотворное влияние на самих ордынских ханов.

В 1290 году «пришла князю весть с Руси, от града Ярославля, что его сын первый, князь Михаил преставился». Дав князю богатые дары и большую дружину, хан отпустил его на Русь. Вновь став князем в Ярославле, святой Феодор начал ревностно заботиться об усилении и благоустроении своего города и княжества.

Он княжил практически до самой смерти. Последний день своей жизни князь провел в Спасо-Преображенском монастыре. Под звон колоколов его перенесли сюда из княжеских палат. В монастыре он принял схиму и благословил собравшихся ярославцев, попросив у всех прощения.

Когда монахи начали читать утреню, схимник-князь осенил себя крестным знамением и умер. Благолепен был вид отошедшего в вечность святого.

По совершении погребальных молитв гроб с телом Феодора был поставлен в Преображенском соборе монастыря. Впоследствии тела сыновей Федоровых — князей Давида (1321) и Константина (год смерти его неизвестен) положили рядом с отцом.

Когда в 1463 году князей решили предать земле, во время погребального пения в храме начали совершаться чудеса исцелений. Архиепископ Ростовский Трифон, узнав об этом, прислал для проверки святости мощей своего протопопа. Тот не поверил монахам и в пылу спора разорвал одежды на мощах князя. Протопоп и епископ, усомнившиеся в святости князей, тяжко заболели. Исцеление им принесли только покаяние и молитвы у мощей. В 1463 году все трое князей были канонизованы Русской Православной Церковью.

А в монастырь к ярославским чудотворцам потянулись верующие, побывали здесь многие русские государи. У мощей молились Иван III, Иван Грозный, Екатерина II.

В 1831 году в честь святых по проекту местного архитектора П.Я. Панькова рядом с собором построили церковь, в которой они и пребывали до революции. После 1917 года постройки монастыря распределили между светскими организациями, но «выселять» князей не решились.

В 1938 году, когда усилились гонения на Православную Церковь, святые мощи благоверных князей были отправлены на экспертизу. Медики того времени явили немалое мужество и честность, когда не побоялись написать заключение о подлинности мощей. Признавая их древность и удивительную сохранность, они сделали неожиданный для богоборцев вывод: «…последнее слово о причинах сохранности тел князей Феодора, Давида и Константина принадлежит уму и религиозной совести народа».

До конца 80-х гг. святые мощи князя Феодора и его сыновей Давида и Константина оставались в фондохранилище Ярославского музея-заповедника. Лишь в 1988 году, накануне празднования 1000-летия Крещения Руси, они были возвращены Православной Церкви и перенесены в ярославский Федоровский кафедральный собор, где пребывали 20 лет. Но святость Своих угодников Господь являл даже в музее: иногда смотрители тайно допускали к мощам тех, кто об этом просил. Так в 1987 году одна супружеская пара, искавшая помощи в рождении детей и уже терявшая надежду, пришла к ярославским чудотворцам. И святые откликнулись: в 1988 году в семье родились три девочки. К сожалению, одного ребенка врачи спасти не сумели, а две других девочки благополучно выросли и стали хорошими, добрыми людьми.

В 2010 году на Волге появился Успенский собор, построенный к 1000-летию Ярославля меценатом В.И. Тырышкиным. С 2011 года святые мощи ярославского князя и его чад покоятся в новом кафедральном соборе города.

К тому времени в соборе уже были размещены мощи благоверных князей Василия и Константина, преемником которых на ярославском престоле был князь Феодор. Здесь они пребывают и сегодня.

Материал подготовлен редакцией сайта obitel-minsk.ru